1. Home
  2. Detail

@botbienreview16: Không dùng thử là có lỗi với bản thân lắm lunn đéy😙 #skincare #bongtaytrang #lasoiree #makeup #botbien

Bọt biển 🦭ིྀ
Bọt biển 🦭ིྀ
Open In TikTok:
Region: VN
Thursday 05 March 2026 06:06:18 GMT
3087
69
10
5

Music

Download

No Watermark .mp4 (3.92MB) No Watermark(HD) .mp4 (2.6MB) Watermark .mp4 (4.18MB) Music .mp3

Comments

thichlamdep55
Thích làm đẹp🌷 :
Dùng ưng lắm
2026-03-05 07:33:17
1
bisauu0902
Bé Nhiii👧🏻 :
bông mịn êm lắm
2026-03-05 08:38:59
1
huongthom0710
Thom🍒 :
Tao đang dùng thấy sạch mà đã lắm
2026-03-05 06:09:00
1
hungary..05_
Hungary ˚.🎀༘⋆ :
Dùng ưng nhen
2026-03-05 06:20:48
1
vinvuive12
Vin Vui Vẻ :
Xài ưng lắm nha
2026-03-05 09:41:21
1
To see more videos from user @botbienreview16, please go to the Tikwm homepage.

Other Videos
You make me sayyyy
You make me sayyyy
ما اقصر الأعمار عند رحلينا 🤎🌿 #اناشيد #بدون_موسيقي #foryou #ان_الحياة_قليلة_لذاتها🥺🥺 #no_music
ما اقصر الأعمار عند رحلينا 🤎🌿 #اناشيد #بدون_موسيقي #foryou #ان_الحياة_قليلة_لذاتها🥺🥺 #no_music
В 1996 году в Москву прилетел Майкл Дебейки — легенда мировой хирургии, — чтобы помочь нашим врачам с операцией на сердце президента Ельцина. И первое, о чём он спросил, ступив на московскую землю, было не про гонорар и не про больницу. Он спросил:
В 1996 году в Москву прилетел Майкл Дебейки — легенда мировой хирургии, — чтобы помочь нашим врачам с операцией на сердце президента Ельцина. И первое, о чём он спросил, ступив на московскую землю, было не про гонорар и не про больницу. Он спросил: "Могу ли я поклониться Демихову?". Журналисты растерянно молчали. Никто не знал этой фамилии. Один из величайших хирургов планеты хотел припасть к ногам гения — а на родине этого гения не помнил уже никто. Звали его Владимир Демихов. И операция, которую в тот день делали Ельцину, — шунтирование сердца — выросла из той хирургии, у истоков которой за сорок с лишним лет до этого стоял он. Тот самый забытый старик, доживавший свой век в однокомнатной квартирке со старой мебелью. Человек, который спас миллионы жизней, — и которого собственная страна затравила и забыла. А ведь он подарил миру целую науку — трансплантологию. Будучи ещё студентом, в 1937 году сконструировал своими руками первое в мире искусственное сердце и вживил его собаке. Говорят, чтобы купить серебряные пластины для этого сердца, он продал единственный свой костюм. Дальше было то, чего до него не делал никто на земле: первая пересадка сердца, первая пересадка комплекса сердце-лёгкие, первая пересадка печени, первое коронарное шунтирование. Каждая строчка — "впервые в мире". Он прокладывал дорогу, по которой потом пойдёт вся мировая медицина. И его подопытные животные после этих немыслимых операций выживали — жили днями, неделями, а то и месяцами. Именно это и потрясало мир: значит, пересадка органов возможна. Мир это понимал. К нему ехали учиться лучшие. Кристиан Барнард — тот самый, что в 1967-м первым пересадил человеку сердце и прогремел на всю планету, — дважды приезжал к Демихову перед своей исторической операцией и до конца жизни называл его своим учителем и одним из отцов трансплантологии. Демихова избирали почётным доктором и членом научных обществ Лейпцига, Уппсалы, Ганновера, американской клиники Майо. Весь просвещённый мир снимал перед ним шляпу. А на родине его звали шарлатаном и псевдоучёным. Директор института, где он работал, так и говорил про него — «шарлатан». Президент Академии медицинских наук снисходительно ронял, что это, мол, всего лишь "интересный экспериментатор". Саму идею пересадить человеку сердце называли аморальной и кощунственной, а самого Демихова кололи тем, что у него нет медицинского диплома — он же биолог, а не врач. Единственный раз его выпустили за границу на симпозиум в Мюнхен. Доклад Демихова произвёл сенсацию, но по возвращении его обвинили в разглашении государственной тайны. То есть вчерашняя "лженаука" и "шарлатанство" вдруг оказались секретом государственной важности. А работать приходилось в непростых условиях. Ученому выделили "лабораторию" — подвал во флигеле Склифа, пятнадцать квадратных метров. Сырость, холод, плохой свет, под ногами хлюпала вода, ходили по доскам. Половину каморки занимала аммиачная установка. Аппарата искусственного дыхания не было — был самодельный, вечно ломавшийся. Вместо компрессора работал старый пылесос. Рядом кочегарила котельная, и от едкого дыма ассистенты не выдерживали в этом подвале и получаса. В этой сырой яме с пылесосом он делал то, о чём писали медицинские журналы всего мира. Его главную книгу — первую в мире монографию по трансплантологии — перевели в Нью-Йорке, Берлине, Мадриде, она стала настольной для хирургов всей планеты. В его собственной стране её почти не заметили, а лабораторию в это самое время в очередной раз пытались закрыть за "шарлатанство". Признание пришло к нему на родине, когда он уже не мог его почувствовать. Его нашли и вспомнили лишь в том самом 1996 году, после вопроса Дебейки, — дряхлого, больного, с угасающей после инсультов памятью, человека, который под конец уже боялся выходить из дома, потому что мог заблудиться на своей улице. Через два года его не стало. Памятник ему поставили и имя его увековечили уже после смерти — когда стыдиться и каяться было поздно, а благодарить некого...
@laso.ae || #edit #ae #fyp #trend #viral #4k #americanpsycho #hannibal
@laso.ae || #edit #ae #fyp #trend #viral #4k #americanpsycho #hannibal


About

Legal