@faraz.395: #viewpoints #❤️ 🫶🍂#hometown #tarndingvideo #foryoupageofficiall❤️❤️tiktoklovertrend #baghazadkashmir #hometown #viewpoints #foryoupageofficiall❤️❤️tiktoklovertrend

کشمیری 🍂🫠

Open In TikTok:

Region: PK

Friday 01 May 2026 16:44:01 GMT

43237

5715

146

149

Music

Download

No Watermark .mp4 (1.88MB) No Watermark(HD) .mp4 (1.88MB) Watermark .mp4 (4.17MB) Music .mp3

Comments

دعا میں یاد رکھنا 🤲 :

amazing 😍 ji

2026-05-03 02:26:46

1

سردار Danish SuDozai :

mari kashmir miss a lot

2026-05-03 07:07:36

1

کشمیر :

افف

2026-05-02 13:21:46

1

𝐇𝐀𝐑𝐈𝐒 𝐋𝐀𝐓𝐈𝐅🫠 :

hmara elqa kdr ha 😂

2026-05-01 21:49:12

1

Zohaib Jii :

nice.♥️♥️♥️

2026-05-02 17:04:08

1

SH ᭄شہروز ♥ کشمیری ♥ مغلِ اعظم :

na tarsa g

2026-05-02 04:17:11

1

Kashmiri Army 7 :

Home town

2026-05-02 19:18:13

1

kashmiri 🚩✌️ :

📷 kmall ka ha❣️

2026-05-02 21:58:38

1

🍁کالعدم کشمیری🚩 :

na trsaya na😳

2026-05-03 12:55:05

0

✨UسMaN DaحaR💫 :

So beautiful view Nice

2026-05-04 06:19:31

0

abbee :

konse jagh ha bro

2026-05-02 14:26:37

1

@PANADOL@ :

heaven on earth 🥰

2026-05-02 02:58:16

1

🇸🇦💝محمد آصف❤️کشمیری💝🇸🇦 :

boht akhri

2026-05-03 05:43:26

1

SHOAIB KASHMIRII 🚩🍁 :

Nice video ❤️‍🔥

2026-05-03 14:22:41

1

彡𝐴𝑛𝑗𝑢𝒎彡 𝑲ᵃ𝒔𝙨𝒉𝒎ⁱ𝒓ⁱ :

2026-05-02 04:24:43

0

سردار زوہیب اسحاق :

kn c jga ha

2026-08-25 20:23:36

0

Akhtar Pardesi :

🥰🥰🥰🥰

2026-05-06 18:15:19

0

Kamran :

Beautiful ❤️

2026-05-03 06:11:07

0

M Abrar Malik :

2026-05-02 08:03:20

0

🍁کالعدم 💫کشمیری🍁 :

🥰🥰❣️❣️

2026-09-26 06:28:19

0

سردار پرویز :

2026-05-03 03:23:23

0

Naveed Naveed Akram :

Nice

2026-05-02 15:01:29

0

ᘔ𝓐𝓑𝓲𝓲•کشمـــــــیری🚩 :

kalriii ha ya ?

2026-05-03 20:16:02

1

raja Irfan :

😂😂😂😂🤣🤣🤣🤣🥰🥰🥰😂😂😂

2026-05-03 15:05:09

1

To see more videos from user @faraz.395, please go to the Tikwm homepage.

Other Videos

Николай работал. На пилораме. В огороде. В доме. Без выходных. Без праздников. Без отдыха. Руки — в мозолях. Но глаза — живые. Потому что знал — для кого. Мария расцвела. Перестала ходить с чёрным лицом. Засмеялась. Запела. Ожила. Деревенские бабы шептались: — Гляди-ка, а мужик-то у неё — золото. Не пьёт, не дерётся, работает. И детей тянет. Вот ведь повезло. И уже не крутили пальцем у виска. Уже уважали. Егор вырос. Закончил школу. Поступил в техникум. На механика. Когда уезжал, стоял на пороге. Молчал. Потом сказал: — Ну… бывай. И уехал. Николай стоял у окна и смотрел вслед автобусу. Мария подошла сзади. Обняла. — Ты ему всё равно отец. Он просто не умеет сказать. — Я знаю, — сказал Николай. — Я подожду. Лена выучилась на медсестру. Осталась в райцентре. Приезжала часто. Обнимала. Называла «папой» уже без запинки. И однажды привезла жениха. Показать. Спросить совета. Жених, городской парень, уважительно жал Николаю руку и говорил: «Наслышан о вас. Лена много рассказывала». Стёпка — тот и вовсе не уезжал. Работал с Николаем на пилораме. Вместе ходили на рыбалку. Вместе чинили трактор. Вместе сидели по вечерам на крыльце и молчали. Он был — как родной. С самого начала. С того самого вопроса: «Можно я тебя папой буду звать?» Через пятнадцать лет Николай умер. Неожиданно. Глупо. Сердце. Прямо на работе. Стоял у станка. И вдруг — упал. Даже вскрикнуть не успел. Хоронили всей деревней. Народу пришло — не протолкнуться. Стояли вдоль улицы. У дома. У сельсовета. У кладбища. Старого, на холме, откуда видно реку и тайгу. И трое детей — теперь уже взрослых — несли гроб. Егор, двадцать семь лет, крепкий, в плечах раздавшийся, лицом — в родного отца, но характером — в Николая. Такой же молчаливый. Такой же упрямый. Такой же надёжный. Шёл первым. И плакал. Скупо. По-мужски. Но плакал. Каждая слеза — как камень. Каждая — через силу. Потому что не умел. Потому что не привык. Потому что только сейчас понял — всё. Не успел сказать. Лена, двадцать три года, красивая, в чёрном платке, плакала навзрыд. Не стесняясь. Не скрываясь. Потому что хоронила отца. Не дядю Колю. Не мамкиного мужа. Отца. Который вырастил. Который выучил. Который ночами сидел над её домашними заданиями, хотя сам едва закончил семь классов. Который привёз ей первое платье из райцентра. Который сказал её жениху: «Обидишь — убью». И сказал это так, что жених поверил сразу и навсегда. Стёпка, девятнадцать лет, почти ещё мальчишка, шёл и рыдал в голос. Громко. По-детски. Как тогда, когда спросил: «Можно я тебя папой буду звать?» Как будто снова стал тем четырёхлетним пацаном, который ходил за ним хвостом и подавал гвозди. И больше не будет ходить. И некому будет подавать. И незачем. Мария стояла у могилы. Прямая. Седая. С почерневшим лицом. И молчала. Потому что слов — не было. Потому что как сказать то, что она чувствовала? Как вместить в слова пятнадцать лет? Пятнадцать лет тихого счастья. Пятнадцать лет безопасности. Пятнадцать лет, когда она знала: есть кому починить крыльцо. Есть кому привезти дрова. Есть кому обнять. Есть кому сказать: «Я рядом». И вот теперь — нет. Когда гроб опустили, Егор попросил слова. Вышел вперёд. Встал у края могилы. Долго молчал. Все ждали. Потом сказал: — Я должен кое-что сказать. Я пятнадцать лет это носил. И не говорил. А теперь — говорю. При всех. Ты… — он запнулся. — Ты был мне не родной. По крови. А по жизни — отец. Настоящий. Роднее не бывает. Ты меня вырастил. Выучил. Ты меня молча терпел, когда я тебе говорил, что ты мне не отец. А я был дурак. Молодой. Злой. Я не понимал. А теперь понимаю. Отец — это не тот, кто родил. Отец — это тот, кто воспитал. Кто дом построил. Кто на работу ходил. Кто ночами не спал, когда я болел. Кто… — голос сорвался. — Кто меня человеком сделал. Спасибо тебе. Папа. И заплакал. В голос. По-мужски. Скупо. Но — громко. Так, что вся деревня услышала. Так, что даже старики, которые видали всякое, смахивали слезу. Потом подошла Лена. И Стёпка. И они стояли втроём у могилы. И плакали. Продолжение следует.. #рекомендации #рассказ #жизнь

Николай работал. На пилораме. В огороде. В доме. Без выходных. Без праздников. Без отдыха. Руки — в мозолях. Но глаза — живые. Потому что знал — для кого. Мария расцвела. Перестала ходить с чёрным лицом. Засмеялась. Запела. Ожила. Деревенские бабы шептались: — Гляди-ка, а мужик-то у неё — золото. Не пьёт, не дерётся, работает. И детей тянет. Вот ведь повезло. И уже не крутили пальцем у виска. Уже уважали. Егор вырос. Закончил школу. Поступил в техникум. На механика. Когда уезжал, стоял на пороге. Молчал. Потом сказал: — Ну… бывай. И уехал. Николай стоял у окна и смотрел вслед автобусу. Мария подошла сзади. Обняла. — Ты ему всё равно отец. Он просто не умеет сказать. — Я знаю, — сказал Николай. — Я подожду. Лена выучилась на медсестру. Осталась в райцентре. Приезжала часто. Обнимала. Называла «папой» уже без запинки. И однажды привезла жениха. Показать. Спросить совета. Жених, городской парень, уважительно жал Николаю руку и говорил: «Наслышан о вас. Лена много рассказывала». Стёпка — тот и вовсе не уезжал. Работал с Николаем на пилораме. Вместе ходили на рыбалку. Вместе чинили трактор. Вместе сидели по вечерам на крыльце и молчали. Он был — как родной. С самого начала. С того самого вопроса: «Можно я тебя папой буду звать?» Через пятнадцать лет Николай умер. Неожиданно. Глупо. Сердце. Прямо на работе. Стоял у станка. И вдруг — упал. Даже вскрикнуть не успел. Хоронили всей деревней. Народу пришло — не протолкнуться. Стояли вдоль улицы. У дома. У сельсовета. У кладбища. Старого, на холме, откуда видно реку и тайгу. И трое детей — теперь уже взрослых — несли гроб. Егор, двадцать семь лет, крепкий, в плечах раздавшийся, лицом — в родного отца, но характером — в Николая. Такой же молчаливый. Такой же упрямый. Такой же надёжный. Шёл первым. И плакал. Скупо. По-мужски. Но плакал. Каждая слеза — как камень. Каждая — через силу. Потому что не умел. Потому что не привык. Потому что только сейчас понял — всё. Не успел сказать. Лена, двадцать три года, красивая, в чёрном платке, плакала навзрыд. Не стесняясь. Не скрываясь. Потому что хоронила отца. Не дядю Колю. Не мамкиного мужа. Отца. Который вырастил. Который выучил. Который ночами сидел над её домашними заданиями, хотя сам едва закончил семь классов. Который привёз ей первое платье из райцентра. Который сказал её жениху: «Обидишь — убью». И сказал это так, что жених поверил сразу и навсегда. Стёпка, девятнадцать лет, почти ещё мальчишка, шёл и рыдал в голос. Громко. По-детски. Как тогда, когда спросил: «Можно я тебя папой буду звать?» Как будто снова стал тем четырёхлетним пацаном, который ходил за ним хвостом и подавал гвозди. И больше не будет ходить. И некому будет подавать. И незачем. Мария стояла у могилы. Прямая. Седая. С почерневшим лицом. И молчала. Потому что слов — не было. Потому что как сказать то, что она чувствовала? Как вместить в слова пятнадцать лет? Пятнадцать лет тихого счастья. Пятнадцать лет безопасности. Пятнадцать лет, когда она знала: есть кому починить крыльцо. Есть кому привезти дрова. Есть кому обнять. Есть кому сказать: «Я рядом». И вот теперь — нет. Когда гроб опустили, Егор попросил слова. Вышел вперёд. Встал у края могилы. Долго молчал. Все ждали. Потом сказал: — Я должен кое-что сказать. Я пятнадцать лет это носил. И не говорил. А теперь — говорю. При всех. Ты… — он запнулся. — Ты был мне не родной. По крови. А по жизни — отец. Настоящий. Роднее не бывает. Ты меня вырастил. Выучил. Ты меня молча терпел, когда я тебе говорил, что ты мне не отец. А я был дурак. Молодой. Злой. Я не понимал. А теперь понимаю. Отец — это не тот, кто родил. Отец — это тот, кто воспитал. Кто дом построил. Кто на работу ходил. Кто ночами не спал, когда я болел. Кто… — голос сорвался. — Кто меня человеком сделал. Спасибо тебе. Папа. И заплакал. В голос. По-мужски. Скупо. Но — громко. Так, что вся деревня услышала. Так, что даже старики, которые видали всякое, смахивали слезу. Потом подошла Лена. И Стёпка. И они стояли втроём у могилы. И плакали. Продолжение следует.. #рекомендации #рассказ #жизнь

I loved this choreo so much @Marija Belly Dance i can’t wait to see next years 🫣 #fyp #bellydance #bellydancing #hipscarves

I loved this choreo so much @Marija Belly Dance i can’t wait to see next years 🫣 #fyp #bellydance #bellydancing #hipscarves

#janette #tarot #zodiac #horoscope #blonde

#janette #tarot #zodiac #horoscope #blonde

#alexg #clips #music #foryou #alexgiannascoli

#alexg #clips #music #foryou #alexgiannascoli

@marianapimentaoficial

@marianapimentaoficial "A Lenda" é um dos grandes sucessos de Sandy & Junior. Lançada em 2000, a música marcou uma fase em que a dupla já deixava para trás o repertório mais infantil e se consolidava com canções pop românticas. A composição é de Kiko, Ricardo Feghali e Nando, integrantes do Roupa Nova. A canção usa a história da Lua e do mar como uma metáfora para o amor. Mesmo distantes e pertencendo a mundos diferentes, os dois acabam ligados por uma paixão, trazendo a ideia de que o sentimento pode superar barreiras e escrever sua própria história. "A Lenda" se tornou uma das músicas marcantes da carreira de Sandy & Junior e esteve entre as mais executadas nas rádios brasileiras em 2000. Anos depois, a dupla ainda gravou uma nova versão para o projeto "Acústico MTV", em 2007, ajudando a manter a música viva entre diferentes gerações. #marianapimentacy #clipfyleague

About

Robot
API

Legal

Privacy Policy