@eloicynophil: my alter ego 😏 #fyp #elyu #trend #rmt #medtech

orange
orange
Open In TikTok:
Region: PH
Monday 15 June 2026 06:39:05 GMT
420377
12836
124
959

Music

Download

Comments

akosizenkii
AkosiZenki :
huli
2026-07-11 07:16:04
38
satriaadhennst
Adhen Nst :
rupanya egoku ginian. 😂
2026-07-09 13:26:38
21
_phuchung_2405
Phuc Hung𐕣 :
T tìm my ego mà ta 😅
2026-07-09 09:05:18
3
itsmizukee
Mizukee :
aku kesini karena ego
2026-07-10 07:13:33
6
thenerd9uy
The Nerd Guy :
Aight this one my ego, i win
2026-07-09 19:08:42
1
mr_pixx24
mr_pix :
ini toh egoku
2026-07-18 13:25:32
0
creepy_stare
Lurking_Behind :
name mo ba dati sharmaine tpos naisipan mo lang mag palit
2026-06-18 02:52:45
0
gilangrk0220
Gilang :
2026-07-16 02:26:15
0
bulatclipper
Fatamorgana :
2026-07-12 10:32:24
0
denisdang.com
Donald :
My ego tôi to vậy sao
2026-07-09 11:23:03
2
_real.da
Arel :
grabeng alter ego yan, parang mahal na ata kita 😮‍💨
2026-07-10 14:10:08
0
naylscore
NaylsCore :
😏 yea
2026-06-17 02:21:54
0
akugtt9895
Akugtt :
sama egonya ya guys
2026-07-10 12:18:52
4
ryuu_keiii
hierarchy :
2026-07-12 19:47:36
0
byanbudi8
byanbudi8 :
IA ne pasti😁
2026-07-12 12:14:13
0
anthonyrere
BeboyShit. :
shaks
2026-07-12 07:37:43
0
baby16_2018
DBK・VeNuMz :
🥰🥰🥰🥰🥰
2026-07-16 01:30:50
0
mun.ln.xu.hng85
90% cơ thể đều là biaaa :
Thưa sao nhức đầu quà ah ))
2026-07-12 07:59:08
0
squirrel.nb
squirrel :
uhuiiii
2026-07-12 10:23:03
0
shonegarrix
Kasun Herath :
huh
2026-07-12 16:15:06
0
mr_humanis
Humanis :
jujur tadi saya buka mulut ego knpa kluar seperti ini 😳[cry]
2026-07-13 00:03:02
0
To see more videos from user @eloicynophil, please go to the Tikwm homepage.

Other Videos

@🍃بني العينين @поляля? @Даришка @𝓪𝓷𝓶𝓪𝓿𝓵🐈‍⬛ Лагерь — это не место на карте. Это место, где время течет иначе. Сейчас, спустя годы, я понимаю: тот пионерский лагерь на берегу реки был особым измерением. Туда нельзя вернуься на машине или поезде, потому что дорога туда ведет только сквозь толщу лет, и каждый год этот путь зарастает все гуще. Я помню запах. Боже, этот запах! Он начинался на пороге автобуса, когда мы, заспанные и пахнущие городским домом, вываливались на гравийную дорожку. Смесь хвои, нагретого асфальта, костра и речной воды, которая пахнет тиной и прохладой. Это был запах свободы. Запах того, что мы — сами по себе, а родители — далеко. Первая ночь. В душных, скрипучих кроватях с жесткими подушками мы лежали с открытыми глазами. Шелестели простыни, кто-то всхлипывал в подушку от тоски по маме, а кто-то уже строил планы, как стащит печенье из сухого пайка. Но самое главное — за окном шумел лес. Он шумел не так, как во дворе дома. Там было что-то древнее, колыбельное. Я до сих пор слышу этот шум, когда закрываю глаза. А потом была линейка. Торжественная, с горнами и барабанами, которые долбили по солнечному сплетению. Мы стояли ровными шеренгами, прикрывая глаза от утреннего солнца, и верили, что «Орленок» — это действительно самая главная песня на свете. Но настоящая жизнь начиналась после отбоя. Фонарики под одеялами. Страшилки про черную руку и красное пятно. Шёпот, который вибрировал на всю палату. Когда вожатая кричала «Тишина!», мы замолкали ровно на три секунды, а потом снова начинали шептаться. И смех — тот самый, безудержный детский смех, от которого болит живот, потому что сосед по кровати скорчил смешную рожу в лунном свете. День пролетал как одно мгновение, но это мгновение было бесконечным. — Кружки по выжиганию, от которых воняло паленым деревом. — Танцы на дискотеке под трещащую колонку, когда ты приглашаешь девочку, а она отворачивается, но потом через полчаса вы все равно стоите рядом у столовой. — Линейка в честь закрытия смены, когда солнце стоит в зените, а по щекам почему-то текут слезы, хотя тебе всего одиннадцать и тебе не грустно, ты просто чувствуешь, что это самое счастливое лето в твоей жизни заканчивается. Самое сильное воспоминание — это костер. Настоящий большой костер на берегу. Не газовый, а живой. Когда оранжевые блики ползут по лицам, делая всех красивыми и загадочными. Вожатые с гитарой, которая звучала как голос Бога. Песни «Город спит», «Ты у меня одна», «Синяя беда». Я не понимал тогда всей глубины этих песен, но у меня сжималось горло, когда я смотрел на уходящие в темную воду искры. А последний день пахнет чемоданом и предвкушением дома, которое смешано с тоской. Мы меняемся адресами, которые потеряем ровно через неделю. Клянемся писать, звонить, встречаться каждое лето. Держимся за руки, когда автобус трогается, и смотрим назад, на вожатую, которая машет рукой и вытирает слезы. Сейчас я проезжаю мимо тех мест. Лагерь заброшен. Окна выбиты, клумбы заросли чертополохом, а костровая площадка затянута крапивой. Но если прислушаться, между шумом машин на трассе я все еще слышу: «Отряд, равняйсь! Смирно!» и далекий бой горна. Говорят, что в детстве время течет медленнее. Это неправда. Оно просто кипит, как смола на той сосне у третьего корпуса. И эта смола навсегда осталась на моих ладонях. Я могу отмыть руки, но не могу отмыть память. Потому что лагерь — это место, где мы впервые поняли, что значит друг. Где первая любовь была длиной в одну смену, но запомнилась на всю жизнь. Где лучший ужин — это бутерброд с маслом и какао, вынесенные тайком из столовой. Где время не убегало, а жило в такт с нашими сердцами. Я хочу обратно. Не в то место, а в то состояние. Когда лето было бесконечным, а жизнь — огромной и удивительной. Спи, моя радость, усни. В доме погасли огни…
@🍃بني العينين @поляля? @Даришка @𝓪𝓷𝓶𝓪𝓿𝓵🐈‍⬛ Лагерь — это не место на карте. Это место, где время течет иначе. Сейчас, спустя годы, я понимаю: тот пионерский лагерь на берегу реки был особым измерением. Туда нельзя вернуься на машине или поезде, потому что дорога туда ведет только сквозь толщу лет, и каждый год этот путь зарастает все гуще. Я помню запах. Боже, этот запах! Он начинался на пороге автобуса, когда мы, заспанные и пахнущие городским домом, вываливались на гравийную дорожку. Смесь хвои, нагретого асфальта, костра и речной воды, которая пахнет тиной и прохладой. Это был запах свободы. Запах того, что мы — сами по себе, а родители — далеко. Первая ночь. В душных, скрипучих кроватях с жесткими подушками мы лежали с открытыми глазами. Шелестели простыни, кто-то всхлипывал в подушку от тоски по маме, а кто-то уже строил планы, как стащит печенье из сухого пайка. Но самое главное — за окном шумел лес. Он шумел не так, как во дворе дома. Там было что-то древнее, колыбельное. Я до сих пор слышу этот шум, когда закрываю глаза. А потом была линейка. Торжественная, с горнами и барабанами, которые долбили по солнечному сплетению. Мы стояли ровными шеренгами, прикрывая глаза от утреннего солнца, и верили, что «Орленок» — это действительно самая главная песня на свете. Но настоящая жизнь начиналась после отбоя. Фонарики под одеялами. Страшилки про черную руку и красное пятно. Шёпот, который вибрировал на всю палату. Когда вожатая кричала «Тишина!», мы замолкали ровно на три секунды, а потом снова начинали шептаться. И смех — тот самый, безудержный детский смех, от которого болит живот, потому что сосед по кровати скорчил смешную рожу в лунном свете. День пролетал как одно мгновение, но это мгновение было бесконечным. — Кружки по выжиганию, от которых воняло паленым деревом. — Танцы на дискотеке под трещащую колонку, когда ты приглашаешь девочку, а она отворачивается, но потом через полчаса вы все равно стоите рядом у столовой. — Линейка в честь закрытия смены, когда солнце стоит в зените, а по щекам почему-то текут слезы, хотя тебе всего одиннадцать и тебе не грустно, ты просто чувствуешь, что это самое счастливое лето в твоей жизни заканчивается. Самое сильное воспоминание — это костер. Настоящий большой костер на берегу. Не газовый, а живой. Когда оранжевые блики ползут по лицам, делая всех красивыми и загадочными. Вожатые с гитарой, которая звучала как голос Бога. Песни «Город спит», «Ты у меня одна», «Синяя беда». Я не понимал тогда всей глубины этих песен, но у меня сжималось горло, когда я смотрел на уходящие в темную воду искры. А последний день пахнет чемоданом и предвкушением дома, которое смешано с тоской. Мы меняемся адресами, которые потеряем ровно через неделю. Клянемся писать, звонить, встречаться каждое лето. Держимся за руки, когда автобус трогается, и смотрим назад, на вожатую, которая машет рукой и вытирает слезы. Сейчас я проезжаю мимо тех мест. Лагерь заброшен. Окна выбиты, клумбы заросли чертополохом, а костровая площадка затянута крапивой. Но если прислушаться, между шумом машин на трассе я все еще слышу: «Отряд, равняйсь! Смирно!» и далекий бой горна. Говорят, что в детстве время течет медленнее. Это неправда. Оно просто кипит, как смола на той сосне у третьего корпуса. И эта смола навсегда осталась на моих ладонях. Я могу отмыть руки, но не могу отмыть память. Потому что лагерь — это место, где мы впервые поняли, что значит друг. Где первая любовь была длиной в одну смену, но запомнилась на всю жизнь. Где лучший ужин — это бутерброд с маслом и какао, вынесенные тайком из столовой. Где время не убегало, а жило в такт с нашими сердцами. Я хочу обратно. Не в то место, а в то состояние. Когда лето было бесконечным, а жизнь — огромной и удивительной. Спи, моя радость, усни. В доме погасли огни…

About