Юнги молча проверял магазин пистолета. Чимин стоял в нескольких шагах, сжимая ладонь. Во время задержания он ошибся всего на секунду — неправильно оценил маршрут беглеца. Этой секунды хватило, чтобы операция сорвалась. Тишина между ними казалась тяжелой. — Скажи хоть что-нибудь, — тихо попросил Чимин. Юнги даже не посмотрел на него. — Что ты хочешь услышать? — Что произошло не только по моей вине. Юнги усмехнулся без тени веселья. — А разве не по твоей? Чимин сглотнул. — Мы оба принимали решения. — Нет. Я принимал решения, ты их испортил. Слова прозвучали спокойно, без крика. — Я пытался… — В этом и проблема. Ты постоянно пытаешься вместо того, чтобы делать. Чимин отвел взгляд. — Ты даже не представляешь, как я стараюсь. — Представляю. Юнги наконец посмотрел на него. Холодный, уставший взгляд. — И этого недостаточно. У Чимина дрогнули губы. — Ты правда так обо мне думаешь? Юнги застегнул кобуру. — Я всегда так думал. Повисла тишина. — Что?.. — Я всегда знал, что ты никчемный напарник. Чимин замер. — …Что? — Ты слишком мягкий и доверчивый. — Тогда… зачем ты столько лет работал со мной? Юнги пожал плечами. — Не мне было выбирать напарника. Эти слова оказались больнее предыдущих. Чимин медленно кивнул. В голове всплывали все ночные дежурства. Совместные отчеты. Кофе, который он молча ставил Юнги на стол. Все редкие моменты, когда ему казалось, что лед между ними хоть немного тает. Выходит, это существовало только в его голове. — Понятно, — едва слышно произнес он. Юнги прошел мимо. Но Чимин неожиданно остановил его. — Знаешь, что самое обидное? Юнги молчал. — Я думал, если буду стараться сильнее, ты однажды начнешь мне доверять. Юнги отвернулся. — Ошибся. Чимин слабо усмехнулся. — Да… ошибся. Он снял с шеи служебный жетон и протянул его Юнги. — Передай начальству… Я сам напишу рапорт о переводе. Юнги нахмурился. — Из-за одной операции? Чимин поднял на него покрасневшие глаза. — Из-за того, что сегодня я наконец понял: сколько бы я ни старался, для тебя этого никогда не будет достаточно. Он развернулся и пошел к выходу. — Только не говори, что ты ревешь, — раздался за спиной холодный, насмешливый голос. Чимин замер. Спина напряглась. — Я не реву, — ответил он, не оборачиваясь. — Конечно. — Юнги усмехнулся. — Ты просто стоишь тут, мокрый, дрожишь и смотришь в пол, жалкое зрелище. Чимин сжал челюсть. — Оставь меня. — Оставить? — Юнги шагнул ближе. — Ты хочешь, чтобы я тебя оставил? Ты же сам все эти годы вился рядом, как потерянный щенок. Ты думал, я не замечал, как ты смотришь на меня? Чимин вздрогнул. — Я… не… — Не ври. — Юнги обошел его и встал напротив. В его глазах была жесткая, колючая насмешка. — Ты думал, я слепой? Эти твои взгляды. Эти попытки прикоснуться, кофе по утрам, забота. Ты реально верил, что я этого хочу? Чимин побледнел. — Я никогда не говорил… — Ты не говорил. Но это было написано у тебя на лице. — Юнги наклонил голову, разглядывая его. — Ты влюблен в меня. Да? Чимин открыл рот и закрыл. — Это не… Это не имеет отношения к работе. — О, теперь это не имеет отношения к работе? Слова врезались как пощечины. — Я просто… заботился. — Заботился? — Юнги шагнул еще ближе. Чимин отступил, но уперся спиной в колонну. — Ты проецировал на меня свои детские фантазии. Думал, если будешь достаточно милым, я вдруг возьму и растаю. Чимин почувствовал, как в груди что-то оборвалось. — Я никогда не ждал, что ты… — Что я отвечу тебе взаимностью? — перебил Юнги, и в его голосе проскользнуло отвращение. — Серьезно? Ты серьезно надеялся, что такой, как я, посмотрит на тебя? На тебя, Пак? Чимин прикусил губу, он сдерживался. Он не даст этому человеку увидеть свои слезы. — Прекрати, — выдавил он. — Прекратить? — Юнги усмехнулся, наклоняясь к его лицу. — А ты представляешь, как это смешно было смотреть? Это было жалко, Чимин. Жалко и противно. Последнее слово ударило сильнее всего. Чимин сжал кулаки. Ногти впились в ладони до боли — физической. Пощёчина. — Я ненавижу тебя Юнги..— голос предательски дрогнул. — Я увольняюсь, как ты и хотел. Уходит. Юнги стоит в шоке. Впервые он пожалел о своих словах. #au #yoonmin #fyp - @taevtex