@jerry3055:

Jerry
Jerry
Open In TikTok:
Region: GH
Wednesday 02 September 2026 07:16:34 GMT
24647
2180
62
41

Music

Download

Comments

auntie.nadia
Auntie Nadia :
this is what we call borborbor dance 💃 😂😂😂
2026-09-02 16:05:41
3
user8169601398767
user8169601398767 :
Jerry can dance paa
2026-09-02 20:44:12
0
.afia9663
👸👸👸👸 Afia :
Volta to the highest peak
2026-09-02 17:09:20
3
starez211
A.M.PHYL :
real exercise ❤️
2026-09-02 19:29:25
1
ohemaabullet225
Ohemaa bullet 💞💞 :
Might
2026-09-02 14:18:31
2
vicentia.024818514
makafui vicentia :
I love your energy
2026-09-02 15:43:42
3
vicky.aziable
Vicky❤️LA❤️ROCHE :
my love ❤️
2026-09-02 14:50:41
2
aphia177
trapperliner :
Wow
2026-09-02 16:38:41
2
user624750831399
Moïse SANOUMEGA :
Joli
2026-09-02 17:56:57
2
lhord565
𝓐𝓱𝓫𝓮𝓷𝓪𝓱𝓛𝓱𝓸𝓻𝓭🥂❤️🧩 :
2026-09-02 09:35:08
4
honore.chef.offic
HONORE.Chef Officiel :
j'aime vraiment entendre ça 🥰
2026-09-02 17:09:37
1
.afia9663
👸👸👸👸 Afia :
only borborbor can make an ewe show case all the dance styles we have in the world
2026-09-02 17:08:57
3
undefeated838
Yaa mascot :
2026-09-02 16:52:21
1
goodluck1ke
Florent Goodluck Kékéli. :
il danse très bien 👍👍
2026-09-02 19:54:57
1
antoinezoglo
Dis pour toi :
svp il est complet où bien il es 8½??
2026-09-02 21:09:57
0
dakudaku176
la lumière de dieu :
bien
2026-09-02 20:48:41
0
aku.delali
Aku Delali :
nice one
2026-09-02 20:39:09
0
To see more videos from user @jerry3055, please go to the Tikwm homepage.

Other Videos

Представь, ты стоишь на мостике. Тихий вечер, гладь воды, судно идёт стабильно по курсу — и вдруг небо разрывает вспышка. Гром — будто изнутри корпуса, и через секунду чувствуешь запах озона. Молния ударила прямо в судно. Что происходит дальше — знают немногие. На современных судах, особенно на оффшоре, всё рассчитано на подобные удары. Молния ищет кратчайший путь к морю, потому что море — идеальный проводник. Корпус судна из стали, а значит, выступает как огромный заземлитель. Удар попадает, чаще всего, в самую высокую точку — это антенны, мачты или крановые стрелы. Именно поэтому на них устанавливают молниеотводы, соединённые с корпусом через токопроводящий кабель. Ток — десятки тысяч ампер, напряжение — миллионы вольт, но длится это меньше миллисекунды. Главное — чтобы был путь к выходу в воду. Если молния ударит в судно без правильного отвода — она найдёт свой путь сама. Через металл, тросы, иногда даже по системам связи или радару. Электромагнитный импульс может сжечь антенну, вывести из строя GPS, VHF, ECDIS, эхолот — всё, что подключено. Поэтому важнейшая часть защиты — заземление каждого электронного блока. На мостике, в машинном, на антеннах — всё соединено с общим контуром корпуса. Бывали случаи, когда после удара экипаж терял связь и оставался “немым” на сутки. Один мой знакомый был на SOV в Северном море — молния попала прямо в gangway crane, пробила изоляцию и спалила контроллер. Хорошо, что система была в standby, иначе могло бы повредить гидравлику. После этого неделю меняли блоки, а щит управления выглядел будто его сваркой прошили. На пассажирских лайнерах ситуация ещё интереснее. У них корпус — тоже отличное заземление, но верхние палубы напичканы электроникой. Поэтому молнииотводы — целая сеть, соединённая в систему под названием “Lightning Protection System”. Даже если удар произойдёт, ток уйдёт в море, не касаясь людей. Статистика показывает: каждое крупное судно получает прямое попадание молнии примерно раз в 2–3 года. Большинство экипажей этого даже не замечают — автоматика всё гасит мгновенно. А вот на алюминиевых катерах или яхтах дело хуже. Алюминий хуже выдерживает температуру удара, а если корпус композитный — нужно обязательно ставить отдельный токовывод в воду. Если этого нет — ток пойдёт через двигатели, рулевые линии, даже через человека, если тот касается металла. На малых судах были случаи, когда после удара плавился компас и оплавлялись тросы. Море — идеальный “заземлитель”, но при этом и главный риск. Влажность, соляные аэрозоли, разряды в грозу — всё это делает судно живой частью электрической цепи. Поэтому, когда начинается буря, на мостике выключают лишние антенны, на время отключают радиолокационные станции и переходят на внутренние системы связи. Механики проверяют UPS и emergency power — если выбьет автомат, всё должно перехватить аварийное питание. Гроза над морем — зрелище невероятное. Ты видишь, как молнии бьют в горизонт, как будто океан дышит светом. И каждый раз думаешь: “А если в нас?” Но когда знаешь, что система защиты в порядке — спокойно. Мы доверяем не только инженерии, но и опыту поколений. Ведь каждый болт, каждый кабель — это чей-то урок, чей-то удар молнии, пережитый и проанализированный. Так что, мой друг, если увидишь видео, где молния бьёт в судно — не пугайся. Для моряков это просто напоминание, какая мощь вокруг нас. Мощь, с которой не борются — а с которой умеют жить.
Представь, ты стоишь на мостике. Тихий вечер, гладь воды, судно идёт стабильно по курсу — и вдруг небо разрывает вспышка. Гром — будто изнутри корпуса, и через секунду чувствуешь запах озона. Молния ударила прямо в судно. Что происходит дальше — знают немногие. На современных судах, особенно на оффшоре, всё рассчитано на подобные удары. Молния ищет кратчайший путь к морю, потому что море — идеальный проводник. Корпус судна из стали, а значит, выступает как огромный заземлитель. Удар попадает, чаще всего, в самую высокую точку — это антенны, мачты или крановые стрелы. Именно поэтому на них устанавливают молниеотводы, соединённые с корпусом через токопроводящий кабель. Ток — десятки тысяч ампер, напряжение — миллионы вольт, но длится это меньше миллисекунды. Главное — чтобы был путь к выходу в воду. Если молния ударит в судно без правильного отвода — она найдёт свой путь сама. Через металл, тросы, иногда даже по системам связи или радару. Электромагнитный импульс может сжечь антенну, вывести из строя GPS, VHF, ECDIS, эхолот — всё, что подключено. Поэтому важнейшая часть защиты — заземление каждого электронного блока. На мостике, в машинном, на антеннах — всё соединено с общим контуром корпуса. Бывали случаи, когда после удара экипаж терял связь и оставался “немым” на сутки. Один мой знакомый был на SOV в Северном море — молния попала прямо в gangway crane, пробила изоляцию и спалила контроллер. Хорошо, что система была в standby, иначе могло бы повредить гидравлику. После этого неделю меняли блоки, а щит управления выглядел будто его сваркой прошили. На пассажирских лайнерах ситуация ещё интереснее. У них корпус — тоже отличное заземление, но верхние палубы напичканы электроникой. Поэтому молнииотводы — целая сеть, соединённая в систему под названием “Lightning Protection System”. Даже если удар произойдёт, ток уйдёт в море, не касаясь людей. Статистика показывает: каждое крупное судно получает прямое попадание молнии примерно раз в 2–3 года. Большинство экипажей этого даже не замечают — автоматика всё гасит мгновенно. А вот на алюминиевых катерах или яхтах дело хуже. Алюминий хуже выдерживает температуру удара, а если корпус композитный — нужно обязательно ставить отдельный токовывод в воду. Если этого нет — ток пойдёт через двигатели, рулевые линии, даже через человека, если тот касается металла. На малых судах были случаи, когда после удара плавился компас и оплавлялись тросы. Море — идеальный “заземлитель”, но при этом и главный риск. Влажность, соляные аэрозоли, разряды в грозу — всё это делает судно живой частью электрической цепи. Поэтому, когда начинается буря, на мостике выключают лишние антенны, на время отключают радиолокационные станции и переходят на внутренние системы связи. Механики проверяют UPS и emergency power — если выбьет автомат, всё должно перехватить аварийное питание. Гроза над морем — зрелище невероятное. Ты видишь, как молнии бьют в горизонт, как будто океан дышит светом. И каждый раз думаешь: “А если в нас?” Но когда знаешь, что система защиты в порядке — спокойно. Мы доверяем не только инженерии, но и опыту поколений. Ведь каждый болт, каждый кабель — это чей-то урок, чей-то удар молнии, пережитый и проанализированный. Так что, мой друг, если увидишь видео, где молния бьёт в судно — не пугайся. Для моряков это просто напоминание, какая мощь вокруг нас. Мощь, с которой не борются — а с которой умеют жить.

About