@wsembe7: #fyp #viral #health #education #viralvideo

wsembe
wsembe
Open In TikTok:
Region: US
Thursday 17 September 2026 23:00:22 GMT
32133
1182
11
149

Music

Download

Comments

dr.rukhaima.khali
Dr Rukhaima Khalid :
A6ha
2026-09-29 09:02:23
0
areliza.vzquez
Areliz Anabel Vazquez :
cosita hermosa presiosa
2026-09-21 01:27:35
0
maryama.mohomed
Maryama :
🥰🥰🥰🥰
2026-10-16 05:25:26
0
sabir.ali7342
Sabir Ali :
🥰🥰🥰
2026-10-14 17:32:16
0
ramathanluyinda
Rama🤩 :
🙏
2026-10-10 15:10:07
0
khawar.sidhu
Khawar Sidhu :
@
2026-10-08 04:13:19
0
npoa.f.boy
Odogu Ezemmo :
🥰🥰🥰
2026-09-20 07:34:04
0
laslase5
Laslase :
🥰🥰🥰
2026-09-18 13:21:19
0
kounba.daillo
Kounba Daillo :
🥰🥰🥰🥰🥰🥰
2026-09-17 23:06:32
0
aminata.bangura255
aminata bangura :
🥰🥰🥰
2026-09-17 23:03:48
0
raheelbro3
BaLdev singh😎😎😎 :
🥰🥰🥰
2026-09-20 04:52:36
1
To see more videos from user @wsembe7, please go to the Tikwm homepage.

Other Videos

#bloodborne Рассмотрение гипотетической феноменологии абстрактного события в контексте отсутствия какой-либо детерминированной референции. Если, допустим, мы, отвлекаясь от всякой эмпирической данности, которая могла бы служить хотя бы призрачным фундаментом для построения более или менее последовательной нарративной линии, попытаемся представить себе некую ментальную конструкцию, которая, в свою очередь, не отсылала бы ни к одному из известных нам объектов, свойств, отношений или даже категорий чисто интенционального опыта, то первое, что неизбежно ускользает от попытки фиксации, — это сам момент постановки такого вопроса, поскольку он уже предполагает наличие субъекта, способного к рефлексии над пустотой, а следовательно, парадоксальным образом наполняет эту пустоту своим собственным действием — действием, лишённым как внутренней цели, так и внешнего проявления, кроме, разве что, чисто гипотетического и сомнительного в своей избыточности жеста означивания не-означаемого. В самом деле, давайте на мгновение вообразим (хотя само это воображение уже будет излишней роскошью, совершенно неуместной в рамках нашего мысленного эксперимента по удержанию чистого ничто в тисках многословного описания), что между точкой А, где ничего ещё не случилось, и точкой Б, где ничего уже не будет, существует некая бесконечно протяжённая, но полностью лишённая каких-либо дифференцирующих признаков среда, похожая на равномерное серое поле, которое не является ни серым, ни полем, ни равномерным — просто потому, что для такой квалификации потребовались бы инструменты измерения, которые мы условились не применять. Каждое следующее предложение, претендующее на развитие этой темы (которая, напомним, не является даже отсутствием темы в привычном понимании, а представляет собой, скорее, мета-отсутствие, то есть такое состояние дискурса, где само понятие «тема» теряет свою операциональную пригодность), будет неизбежно порождать избыточную сложность: ибо для того, чтобы связать два слова, нам нужна причинно-следственная связь, или хотя бы ассоциативная — но в условиях полного смыслового вакуума любая связь окажется произвольной, тотально необоснованной и, следовательно, ложной, даже если ложь здесь тоже не имеет своего законного контрапункта в виде истины. Продолжая эту утомительную, но методически неизбежную инвентаризацию пустых жестов, следует отметить, что читатель (чьё присутствие мы вынуждены постулировать исключительно для грамматической согласованности, ибо коммуникативная функция речи здесь окончательно деактивирована) может испытывать лёгкое головокружение или неуловимую тошноту от монотонного нанизывания уточняющих придаточных, каждое из которых отменяет предыдущее, как волна смывает след на песке — но и эта аналогия слишком конкретна, слишком отдаёт запахом соли и влажного зерна, тогда как в нашем распоряжении нет даже аллегорического песка. И вот, наконец, достигнув той точки текста, где длина начинает работать против смысла с особой жестокостью, а синтаксис напоминает запутавшийся клубок змей, пожирающих собственные хвосты в бесконечной рекурсии самоотрицания, мы вынуждены констатировать горькую истину любой попытки «написать ни о чём»: само это действие уже есть нечто. Оно есть процесс, длящийся во времени, занимающий место на условной странице, требующий калорий от мозга пишущего и терпения от мозга читающего. Поэтому единственно честным завершением этого бесконечно развёрнутого эссе об отсутствии всего мог бы быть лишь чистый лист бумаги, вернее, даже не лист, а жест его отсутствия в воображаемом пространстве — но поскольку такой жест технически невоспроизводим в рамках данной цифровой среды, я просто прекращаю это прямо сейчас.
#bloodborne Рассмотрение гипотетической феноменологии абстрактного события в контексте отсутствия какой-либо детерминированной референции. Если, допустим, мы, отвлекаясь от всякой эмпирической данности, которая могла бы служить хотя бы призрачным фундаментом для построения более или менее последовательной нарративной линии, попытаемся представить себе некую ментальную конструкцию, которая, в свою очередь, не отсылала бы ни к одному из известных нам объектов, свойств, отношений или даже категорий чисто интенционального опыта, то первое, что неизбежно ускользает от попытки фиксации, — это сам момент постановки такого вопроса, поскольку он уже предполагает наличие субъекта, способного к рефлексии над пустотой, а следовательно, парадоксальным образом наполняет эту пустоту своим собственным действием — действием, лишённым как внутренней цели, так и внешнего проявления, кроме, разве что, чисто гипотетического и сомнительного в своей избыточности жеста означивания не-означаемого. В самом деле, давайте на мгновение вообразим (хотя само это воображение уже будет излишней роскошью, совершенно неуместной в рамках нашего мысленного эксперимента по удержанию чистого ничто в тисках многословного описания), что между точкой А, где ничего ещё не случилось, и точкой Б, где ничего уже не будет, существует некая бесконечно протяжённая, но полностью лишённая каких-либо дифференцирующих признаков среда, похожая на равномерное серое поле, которое не является ни серым, ни полем, ни равномерным — просто потому, что для такой квалификации потребовались бы инструменты измерения, которые мы условились не применять. Каждое следующее предложение, претендующее на развитие этой темы (которая, напомним, не является даже отсутствием темы в привычном понимании, а представляет собой, скорее, мета-отсутствие, то есть такое состояние дискурса, где само понятие «тема» теряет свою операциональную пригодность), будет неизбежно порождать избыточную сложность: ибо для того, чтобы связать два слова, нам нужна причинно-следственная связь, или хотя бы ассоциативная — но в условиях полного смыслового вакуума любая связь окажется произвольной, тотально необоснованной и, следовательно, ложной, даже если ложь здесь тоже не имеет своего законного контрапункта в виде истины. Продолжая эту утомительную, но методически неизбежную инвентаризацию пустых жестов, следует отметить, что читатель (чьё присутствие мы вынуждены постулировать исключительно для грамматической согласованности, ибо коммуникативная функция речи здесь окончательно деактивирована) может испытывать лёгкое головокружение или неуловимую тошноту от монотонного нанизывания уточняющих придаточных, каждое из которых отменяет предыдущее, как волна смывает след на песке — но и эта аналогия слишком конкретна, слишком отдаёт запахом соли и влажного зерна, тогда как в нашем распоряжении нет даже аллегорического песка. И вот, наконец, достигнув той точки текста, где длина начинает работать против смысла с особой жестокостью, а синтаксис напоминает запутавшийся клубок змей, пожирающих собственные хвосты в бесконечной рекурсии самоотрицания, мы вынуждены констатировать горькую истину любой попытки «написать ни о чём»: само это действие уже есть нечто. Оно есть процесс, длящийся во времени, занимающий место на условной странице, требующий калорий от мозга пишущего и терпения от мозга читающего. Поэтому единственно честным завершением этого бесконечно развёрнутого эссе об отсутствии всего мог бы быть лишь чистый лист бумаги, вернее, даже не лист, а жест его отсутствия в воображаемом пространстве — но поскольку такой жест технически невоспроизводим в рамках данной цифровой среды, я просто прекращаю это прямо сейчас.

About