Baragin Ivan :
Хочу вкратце рассказать свою историю: Моя мать, будучи гастарбайтером из Молдавии, без документов, без денег, без ничего, находилась в России. С кем-то, скорее всего по пьяни, переспала, затем родила меня. Родила она меня на двадцать восьмой неделе — недоношенного, с кровоизлиянием в мозг и всеми сопутствующими проблемами. Затем она отправила меня к бабушке с дедушкой в деревню в Молдавии.
Там я жил у бабушки с дедушкой в деревне пару лет, затем переехал в город к тёте, чтобы не учить русский язык. Потом переехал в Донецкую область к родственникам нового мужа матери. Там я пошёл в первый класс. У этих родственников было уже двое детей, поэтому я стал для них обузой, и они решили меня сбагрить. Матери , строившую личную жизнь, была не до меня. Меня отправили к родственникам друга отчима, там я прожил около года.
Затем я переехал в Москву. Мать тоже работала, строила карьеру, достигала всего. Здесь я сидел с няней, потом с ещё одной тёткой, жившей в Москве. Затем мы переехали в Тулу — мать была на девятом месяце беременности. Там она родила. Её муж остался работать в Москве и приезжал домой примерно раз в месяц на два-три дня — так продолжалось пятнадцать лет.
В свои восемь лет я, по сути, стал няней для новорождённой сестры: растил её, ухаживал, нянчился. Позже родилась ещё одна сестра — я нянчился уже с двумя. Так продолжалось до моих восемнадцати лет.
Потом я переехал в Москву, начал работать. Какое-то время поддерживал связь с родителями, но в какой-то момент понял: этим людям от меня нужны только деньги — купить что-то сёстрам, скинуть денег матери и так далее. Матерью в полном смысле слова она для меня не была: она ничего обо мне не знает — ни кто я, ни чем увлекаюсь, ни чем живу. Для неё важно одно — что я не умею зарабатывать.
С мужем она не виделась подолгу — он приезжал домой примерно раз в неделю, зарабатывая на квартиры. В итоге они купили несколько квартир, одна из них — на материнский капитал, где мне принадлежит доля. Из-за неё, скорее всего, дело дойдёт до суда, потому что я — «позор семьи», ничего не достигший.
Сестёр я люблю и обожаю, поддерживал их, общался с младшей. Ей сейчас семнадцать, и она много рассказывала о родителях: как они меня обсуждают, оскорбляют, унижают — что я «уехал непонятно куда» и «до сих пор ничего не достиг». Это продолжалось несколько лет: «Ваня не взял ипотеку, у него нет семьи, нет стабильности, ничего нет. А мы заработали, мы достигли, мы такие замечательные».
Сейчас мы вообще не общаемся — даже с сестрой. Разрыв произошёл около полугода назад, когда родители вспомнили про земельный участок, выданный нам как многодетной семье. По кадастровой стоимости на 2024 год моя доля стоит полмиллиона. Отчим решил втюхать мне эту долю за сто тысяч, на что я ответил, что дешевле кадастровой стоимости продавать не буду. На этом общение прекратилось.
Я искренне ненавижу и мать, и отчима. Сестёр люблю и обожаю, но мать с отчимом ненавижу сильнее — поэтому не хочу их ни видеть, ни слышать. Я их заблокировал и очень этому рад. Единственное, что меня гложет — хотелось бы высказать им всю свою ненависть, но, наверное, лучше то, что я просто их заблокировал.
И конечно, у моей матери были свои «прекрасные» методы воспитания: орать, психовать, унижать, избивать — и так всю жизнь. С шести лет помню, что она постоянно орала, психовала, избивала меня. Да, «так били всех, и выросли нормальными» — но меня это не устраивало, и за это я ненавижу её всей душой. В детстве я сбегал из дома со словами, что лучше сдохну, чем буду жить с такой матерью. Сейчас я не вижу и не слышу свою мать — и слава Богу. При этом сестру, с которой я общался, она довела до психологов и психиатров, а меня — до невропатологов. Это ужасный человек, и я искренне желаю, чтобы она заплатила за всё, что сделала.
2026-09-20 16:55:35