@ismail.abdullahi289:

Ismail Abdullahi Yusuf
Ismail Abdullahi Yusuf
Open In TikTok:
Region: NG
Wednesday 14 October 2026 05:24:38 GMT
11879
742
10
6

Music

Download

Comments

yemi.kabe
Yemi KABE :
🥰🥰🥰
2026-10-14 15:31:39
0
uppu.djez
Uppu Djez :
🥰🥰🥰
2026-10-14 11:27:53
0
salisou.abdou18
Salisou Abdou :
😁😁😁
2026-10-14 11:16:19
0
djanbadjanba530
Djanba Djanba :
[Cœur rouge][Cœur rouge][Cœur rouge]
2026-10-14 08:54:40
0
djkawamwanamboka
djkawamwanamboka :
😳😳😳
2026-10-14 08:46:17
0
user23806666088243
saidou :
🥰🥰🥰
2026-10-14 08:23:00
0
mahabubutanimu501
Mahabubu Tanimu :
[Heartwarming][Heartwarming][Heartwarming]
2026-10-14 08:09:44
0
danado027
dan ado :
[Réconfortant][Réconfortant][Réconfortant]
2026-10-14 07:54:23
0
mabarak.zabaru
Mabarak Zabaru :
🥰🥰🥰
2026-10-14 07:04:47
0
ibarhim.gissa0923573517
i. b. r. a. h. i.m.n.a.k.o.w.a :
🥰🥰🥰
2026-10-14 16:50:11
0
To see more videos from user @ismail.abdullahi289, please go to the Tikwm homepage.

Other Videos

Владимир не заметил, как воскресенье перетекло в сумерки. Он сидел на подоконнике рассеянно глядя, как фонари  зажигаются один за другим, превращая знакомый двор в чужую декорацию. На столе остывал чай, а в голове всё ещё звучал обрывок мелодии, которую напевала продавщица в булочной. Он вдруг с удивлением понял, что последние три дня его мысли были заняты не сроками сдачи проекта или ссорой с отцом, а совершенно пустяковыми, почти неуловимыми вещами: тем, как падает тень от карниза на стену, как пахнет мокрая листва после внезапного дождя, как меняется интонация голоса у диктора в вечернем выпуске новостей. И эта перемена пугала его больше, чем любой чёткий диагноз. Обычно он жил с чувством, что за спиной тикает бомба: нужно успеть, дописать, заработать, ответить. А теперь бомба исчезла. Вместо неё оказалась тишина. Не звенящая, не тревожная — а плотная, как свежий снег. Он осторожно, словно боясь спугнуть, подышал на запотевшее стекло и пальцем вывел какое-то бессмысленное слово. За соседним окном кто-то рассмеялся. И Владимир улыбнулся в ответ, хотя его никто не мог видеть. В этом и заключался самый страшный и самый простой секрет: быть человеком — значит соглашаться на неполноту, на случайные жесты, на чай, который давно остыл. Он слез с подоконника, взял кружку и, не включая света, сделал глоток. Горько. Но почему-то хорошо.#memes #memestiktok #mem #shitpost #shitpost #shitpost #shitpost #shitpost #shitpostingВладимир не заметил, как воскресенье перетекло в сумерки. Он сидел на подоконнике рассеянно глядя, как фонари  зажигаются один за другим, превращая знакомый двор в чужую декорацию. На столе остывал чай, а в голове всё ещё звучал обрывок мелодии, которую напевала продавщица в булочной. Он вдруг с удивлением понял, что последние три дня его мысли были заняты не сроками сдачи проекта или ссорой с отцом, а совершенно пустяковыми, почти неуловимыми вещами: тем, как падает тень от карниза на стену, как пахнет мокрая листва после внезапного дождя, как меняется интонация голоса у диктора в вечернем выпуске новостей. И эта перемена пугала его больше, чем любой чёткий диагноз. Обычно он жил с чувством, что за спиной тикает бомба: нужно успеть, дописать, заработать, ответить. А теперь бомба исчезла. Вместо неё оказалась тишина. Не звенящая, не тревожная — а плотная, как свежий снег. Он осторожно, словно боясь спугнуть, подышал на запотевшее стекло и пальцем вывел какое-то бессмысленное слово. За соседним окном кто-то рассмеялся. И Владимир улыбнулся в ответ, хотя его никто не мог видеть. В этом и заключался самый страшный и самый простой секрет: быть человеком — значит соглашаться на неполноту, на случайные жесты, на чай, который давно остыл. Он слез с подоконника, взял кружку и, не включая света, сделал глоток. Горько. Но почему-то хорошо.#memes #memestiktok #mem #shitpost #shitpost #shitpost #shitpost #shitpost #shitpostingВладимир не заметил, как воскресенье перетекло в сумерки. Он сидел на подоконнике рассеянно глядя, как фонари  зажигаются один за другим, превращая знакомый двор в чужую декорацию. На столе остывал чай, а в голове всё ещё звучал обрывок мелодии, которую напевала продавщица в булочной. Он вдруг с удивлением понял, что последние три дня его мысли были заняты не сроками сдачи проекта или ссорой с отцом, а совершенно пустяковыми, почти неуловимыми вещами: тем, как падает тень от карниза на стену, как пахнет мокрая листва после внезапного дождя, как меняется интонация голоса у диктора в вечернем выпуске новостей. И эта перемена пугала его больше, чем любой чёткий диагноз. Обычно он жил с чувством, что за спиной тикает бомба: нужно успеть, дописать, заработать, ответить. А теперь бомба исчезла. Вместо неё оказалась тишина. Не звенящая, не тревожная — а плотная, как свежий снег. Он осторожно, словно боясь спугнуть, подышал на запотевшее стекло и пальцем вывел какое-то бессмысленное слово. За соседним окном кто-то рассмеялся. И Владимир улыбнулся в ответ, хотя его никто не мог видеть.
Владимир не заметил, как воскресенье перетекло в сумерки. Он сидел на подоконнике рассеянно глядя, как фонари  зажигаются один за другим, превращая знакомый двор в чужую декорацию. На столе остывал чай, а в голове всё ещё звучал обрывок мелодии, которую напевала продавщица в булочной. Он вдруг с удивлением понял, что последние три дня его мысли были заняты не сроками сдачи проекта или ссорой с отцом, а совершенно пустяковыми, почти неуловимыми вещами: тем, как падает тень от карниза на стену, как пахнет мокрая листва после внезапного дождя, как меняется интонация голоса у диктора в вечернем выпуске новостей. И эта перемена пугала его больше, чем любой чёткий диагноз. Обычно он жил с чувством, что за спиной тикает бомба: нужно успеть, дописать, заработать, ответить. А теперь бомба исчезла. Вместо неё оказалась тишина. Не звенящая, не тревожная — а плотная, как свежий снег. Он осторожно, словно боясь спугнуть, подышал на запотевшее стекло и пальцем вывел какое-то бессмысленное слово. За соседним окном кто-то рассмеялся. И Владимир улыбнулся в ответ, хотя его никто не мог видеть. В этом и заключался самый страшный и самый простой секрет: быть человеком — значит соглашаться на неполноту, на случайные жесты, на чай, который давно остыл. Он слез с подоконника, взял кружку и, не включая света, сделал глоток. Горько. Но почему-то хорошо.#memes #memestiktok #mem #shitpost #shitpost #shitpost #shitpost #shitpost #shitpostingВладимир не заметил, как воскресенье перетекло в сумерки. Он сидел на подоконнике рассеянно глядя, как фонари  зажигаются один за другим, превращая знакомый двор в чужую декорацию. На столе остывал чай, а в голове всё ещё звучал обрывок мелодии, которую напевала продавщица в булочной. Он вдруг с удивлением понял, что последние три дня его мысли были заняты не сроками сдачи проекта или ссорой с отцом, а совершенно пустяковыми, почти неуловимыми вещами: тем, как падает тень от карниза на стену, как пахнет мокрая листва после внезапного дождя, как меняется интонация голоса у диктора в вечернем выпуске новостей. И эта перемена пугала его больше, чем любой чёткий диагноз. Обычно он жил с чувством, что за спиной тикает бомба: нужно успеть, дописать, заработать, ответить. А теперь бомба исчезла. Вместо неё оказалась тишина. Не звенящая, не тревожная — а плотная, как свежий снег. Он осторожно, словно боясь спугнуть, подышал на запотевшее стекло и пальцем вывел какое-то бессмысленное слово. За соседним окном кто-то рассмеялся. И Владимир улыбнулся в ответ, хотя его никто не мог видеть. В этом и заключался самый страшный и самый простой секрет: быть человеком — значит соглашаться на неполноту, на случайные жесты, на чай, который давно остыл. Он слез с подоконника, взял кружку и, не включая света, сделал глоток. Горько. Но почему-то хорошо.#memes #memestiktok #mem #shitpost #shitpost #shitpost #shitpost #shitpost #shitpostingВладимир не заметил, как воскресенье перетекло в сумерки. Он сидел на подоконнике рассеянно глядя, как фонари  зажигаются один за другим, превращая знакомый двор в чужую декорацию. На столе остывал чай, а в голове всё ещё звучал обрывок мелодии, которую напевала продавщица в булочной. Он вдруг с удивлением понял, что последние три дня его мысли были заняты не сроками сдачи проекта или ссорой с отцом, а совершенно пустяковыми, почти неуловимыми вещами: тем, как падает тень от карниза на стену, как пахнет мокрая листва после внезапного дождя, как меняется интонация голоса у диктора в вечернем выпуске новостей. И эта перемена пугала его больше, чем любой чёткий диагноз. Обычно он жил с чувством, что за спиной тикает бомба: нужно успеть, дописать, заработать, ответить. А теперь бомба исчезла. Вместо неё оказалась тишина. Не звенящая, не тревожная — а плотная, как свежий снег. Он осторожно, словно боясь спугнуть, подышал на запотевшее стекло и пальцем вывел какое-то бессмысленное слово. За соседним окном кто-то рассмеялся. И Владимир улыбнулся в ответ, хотя его никто не мог видеть.

About