@skre_4: طيورك يا بحر تغازلها وتشرب من إيديها وأمواجك تُركض فرحانة وتبوس رجليها والرمل يذوب من الغيرة يحضنها يغطيها وأنا مثلك يا بحر وأكثر معجب جدا بيها #كاظم_الساهر #kadimalsahir #fyp

مُترسِّل
مُترسِّل
Open In TikTok:
Region: IQ
Sunday 18 October 2026 12:37:31 GMT
31769
3956
4
174

Music

Download

Comments

wki7n
Catherine࿈⚛︎🦇. :
2026-10-19 04:38:04
2
fl_y.8
𝒓𝒆taj💕 :
ابداع سمعي✨
2026-10-18 15:41:53
1
memi0_i
mem🎀 :
2026-10-19 16:25:24
1
user92939538469965
ام حمزا :
[مؤثر][مؤثر][مؤثر]
2026-10-18 13:09:47
1
To see more videos from user @skre_4, please go to the Tikwm homepage.

Other Videos

#растчиты #cheatrust #rustcheat #rustcheats  КОЛЕ МЕРТВЕЦЕ, КОТОРЫЙ ЭТОГО НЕ ПОНИМАЕТ Часть первая: Пробуждение в тумане В самом сердце старого кладбища, что раскинулось на окраине забытого Богом городка под названием Гнилые Ключи, стоял кол. Обычный на первый взгляд деревянный кол, вбитый в свежую могилу. Но этот кол был не совсем обычным, потому что в него был посажен человек по имени Коле Мертвец — прозвище, которое он получил ещё при жизни за свою бледную кожу и странную привычку бродить по ночам. И вот теперь, после смерти, Коле оказался пригвождённым к собственной могиле, пронзённым осиновым колом прямо через грудь, и — что самое удивительное — он совершенно не понимал, что произошло. Коле открыл глаза. Точнее, он подумал, что открыл глаза, потому что ощущение было именно таким — будто веки поднялись, будто взгляд упал на мир. Но мир вокруг был странным. Всё было серым, размытым, будто смотришь через грязное стекло. Туман стелился по земле, обвивая надгробия, словно белые змеи. Пахло сырой землёй, прелыми листьями и чем-то ещё — чем-то металлическим и холодным, что Коле не мог опознать. «Где это я?» — подумал Коле. Мысль была вялой, тягучей, как патока. Она не хотела формироваться, не хотела складываться в слова. Коле попытался пошевелиться, но тело не слушалось. Точнее, тело вообще ничего не чувствовало. Ни рук, ни ног, ни пальцев. Только странное давление в груди — тупое, ноющее, но не болезненное. Скорее... неприятное. Как будто кто-то положил ему на грудь тяжёлый камень. «Наверное, я сплю», — решил Коле. Это было логично. Он часто видел странные сны. Ещё при жизни — хотя Коле не помнил, что была какая-то «жизнь» до этого момента — ему снились туманы, кладбища, странные фигуры в чёрных плащах. Он просыпался в холодном поту, но потом забывал. А сейчас, наверное, просто очередной сон. Только слишком уж реалистичный. Коле попытался вспомнить, как его зовут. «Коле», — пришло в голову. «Коле Мертвец». Он усмехнулся бы, если бы мог. Мертвец. Забавное прозвище. Его так называли... кто? Он не помнил. Какие-то люди. Они смеялись, тыкали в него пальцами. «Смотрите, Коле Мертвец идёт! Опять по кладбищу шатается!» А он и не шатался вовсе. Он просто ходил. Просто гулял. Ему нравилось здесь. Тихо. Спокойно. Никто не пристаёт. А теперь он лежит. И не может встать. И в груди — этот странный камень. «Надо просто подождать, — подумал Коле. — Сон закончится, и я проснусь. В своей постели. В своём доме. Где-то... где-то там». Но сон не заканчивался. Туман становился гуще. Тени удлинялись. Где-то вдалеке ухнула сова — или что-то, что звучало как сова. Коле лежал и смотрел в серое небо, в котором не было ни луны, ни звёзд. Только бесконечная серая пелена. «Странно, — подумал он. — Обычно во сне небо бывает... хоть каким-то. А тут — ничего. Пустота». Он попробовал пошевелить пальцем. Не получилось. Попробовал напрячь мышцы — хотя бы почувствовать их. Ничего. Тело было как чужое. Как будто он — просто точка сознания, парящая в пустоте, а тело — где-то там, отдельно, и оно больше не принадлежит ему. «Ладно, — решил Коле. — Может, это паралич. Бывает такое. Сонный паралич. Я читал об этом. Надо просто успокоиться и ждать». Он стал ждать. Время шло — или не шло. Коле не мог определить. Может, прошла минута. Может, час. Может, год. Туман не рассеивался. Тени не двигались. Сова молчала. И только давление в груди становилось всё сильнее — медленно, но верно, как будто кто-то вкручивал в него невидимый винт. «Что-то не так, — подумал Коле. — Что-то... что-то не так». Часть вторая: Голоса за туманом Потом появились голоса. Сначала далёкие, неразборчивые, как шум ветра в кронах деревьев. Потом — ближе, чётче. Коле попытался повернуть голову, но не смог. Голоса приближались. —...и вот, значит, вбили ему кол, — говорил мужской голос, хриплый, с одышкой. — Прямо в сердце. Чтобы, значит, не встал. — А он и не встанет, — ответил второй голос, помоложе, с усмешкой. — Осина, брат. Осина
#растчиты #cheatrust #rustcheat #rustcheats КОЛЕ МЕРТВЕЦЕ, КОТОРЫЙ ЭТОГО НЕ ПОНИМАЕТ Часть первая: Пробуждение в тумане В самом сердце старого кладбища, что раскинулось на окраине забытого Богом городка под названием Гнилые Ключи, стоял кол. Обычный на первый взгляд деревянный кол, вбитый в свежую могилу. Но этот кол был не совсем обычным, потому что в него был посажен человек по имени Коле Мертвец — прозвище, которое он получил ещё при жизни за свою бледную кожу и странную привычку бродить по ночам. И вот теперь, после смерти, Коле оказался пригвождённым к собственной могиле, пронзённым осиновым колом прямо через грудь, и — что самое удивительное — он совершенно не понимал, что произошло. Коле открыл глаза. Точнее, он подумал, что открыл глаза, потому что ощущение было именно таким — будто веки поднялись, будто взгляд упал на мир. Но мир вокруг был странным. Всё было серым, размытым, будто смотришь через грязное стекло. Туман стелился по земле, обвивая надгробия, словно белые змеи. Пахло сырой землёй, прелыми листьями и чем-то ещё — чем-то металлическим и холодным, что Коле не мог опознать. «Где это я?» — подумал Коле. Мысль была вялой, тягучей, как патока. Она не хотела формироваться, не хотела складываться в слова. Коле попытался пошевелиться, но тело не слушалось. Точнее, тело вообще ничего не чувствовало. Ни рук, ни ног, ни пальцев. Только странное давление в груди — тупое, ноющее, но не болезненное. Скорее... неприятное. Как будто кто-то положил ему на грудь тяжёлый камень. «Наверное, я сплю», — решил Коле. Это было логично. Он часто видел странные сны. Ещё при жизни — хотя Коле не помнил, что была какая-то «жизнь» до этого момента — ему снились туманы, кладбища, странные фигуры в чёрных плащах. Он просыпался в холодном поту, но потом забывал. А сейчас, наверное, просто очередной сон. Только слишком уж реалистичный. Коле попытался вспомнить, как его зовут. «Коле», — пришло в голову. «Коле Мертвец». Он усмехнулся бы, если бы мог. Мертвец. Забавное прозвище. Его так называли... кто? Он не помнил. Какие-то люди. Они смеялись, тыкали в него пальцами. «Смотрите, Коле Мертвец идёт! Опять по кладбищу шатается!» А он и не шатался вовсе. Он просто ходил. Просто гулял. Ему нравилось здесь. Тихо. Спокойно. Никто не пристаёт. А теперь он лежит. И не может встать. И в груди — этот странный камень. «Надо просто подождать, — подумал Коле. — Сон закончится, и я проснусь. В своей постели. В своём доме. Где-то... где-то там». Но сон не заканчивался. Туман становился гуще. Тени удлинялись. Где-то вдалеке ухнула сова — или что-то, что звучало как сова. Коле лежал и смотрел в серое небо, в котором не было ни луны, ни звёзд. Только бесконечная серая пелена. «Странно, — подумал он. — Обычно во сне небо бывает... хоть каким-то. А тут — ничего. Пустота». Он попробовал пошевелить пальцем. Не получилось. Попробовал напрячь мышцы — хотя бы почувствовать их. Ничего. Тело было как чужое. Как будто он — просто точка сознания, парящая в пустоте, а тело — где-то там, отдельно, и оно больше не принадлежит ему. «Ладно, — решил Коле. — Может, это паралич. Бывает такое. Сонный паралич. Я читал об этом. Надо просто успокоиться и ждать». Он стал ждать. Время шло — или не шло. Коле не мог определить. Может, прошла минута. Может, час. Может, год. Туман не рассеивался. Тени не двигались. Сова молчала. И только давление в груди становилось всё сильнее — медленно, но верно, как будто кто-то вкручивал в него невидимый винт. «Что-то не так, — подумал Коле. — Что-то... что-то не так». Часть вторая: Голоса за туманом Потом появились голоса. Сначала далёкие, неразборчивые, как шум ветра в кронах деревьев. Потом — ближе, чётче. Коле попытался повернуть голову, но не смог. Голоса приближались. —...и вот, значит, вбили ему кол, — говорил мужской голос, хриплый, с одышкой. — Прямо в сердце. Чтобы, значит, не встал. — А он и не встанет, — ответил второй голос, помоложе, с усмешкой. — Осина, брат. Осина

About