@xhay299:

@xhay💝💝
@xhay💝💝
Open In TikTok:
Region: TZ
Tuesday 03 November 2026 06:49:19 GMT
22663
374
27
23

Music

Download

Comments

sky.way473
sky way :
tena sio kuitwa Malaya tu na hao wa mama wa mtaa ila kuambiwa natembea na waume za watu na muda huo hata sijaanza ngono dunia hii ni hatar sana namaumivu mengi moyon ila acha nimkabidhi Mungu tu
2026-11-03 09:47:55
2
tiffah249
tiffah adamu :
atariiiii
2026-11-03 10:56:03
0
nicacute07
user22461975060051 :
aswaaa
2026-11-03 09:37:18
0
rebecamosh
Rebby cute☘️ :
sahiiii 🥰🥰💯
2026-11-03 09:44:29
0
fadhihath.shemgaa
fadhihath shemgaa :
mm nimeshazoea hilo jina ndo mwimbo kwangu
2026-11-03 10:19:33
0
mona.juma
muuh madevu :
mm nimeitwa malaya na mama angu mzazi alhamdulillah
2026-11-03 19:27:23
0
pretty.dayanah5
pretty dayanah🥰 :
🥰🥰🥰
2026-11-03 13:41:43
0
wastara11
Wastara :
kama mm namuachia mungu yeye ndo kila kitu kwangu
2026-11-03 15:47:40
0
cyde.khan3
🍷0fficial cute love45🔐🔏 :
kabis
2026-11-03 07:11:26
0
shamsa.gabriel
Shamsa Gabriel :
mpaka wakawakataza watoto wao wasiongazane na mimi[Tears of joy][Tears of joy][Tears of joy][Tears of joy][Tears of joy]
2026-11-03 11:02:29
0
shiacute2
shia bashiru🔥👌❤ :
tushawazoea tukiwazid kidogo2 bc😂😂😂😂
2026-11-03 10:26:39
0
swau.qatato
swau Qatato :
🥰🥰🥰
2026-11-03 06:54:34
0
queen_.m3
Saadie :
💯
2026-11-03 15:13:30
0
To see more videos from user @xhay299, please go to the Tikwm homepage.

Other Videos

хван хёнджин никогда не умел п•ть. нет, то есть пить он умел — в смысле, держать в руке стакан, опрокидывать его в глотку, чувствовать, как спирт обжигает гортань и растекается по пищеводу горячей, тяжёлой волной.  но пить так, чтобы забыться, чтобы стереть из головы все эти долбаные три года, которые они с феликсом то сходились, то разбегались, то снова сходились — вот этого он не умел. каждый глоток только отчётливее вырисовывал перед глазами лицо феликса.  веснушки. родинка под глазом. уголки губ, которые тот поджимал, когда злился. и эти его руки, которые хёнджин знал наизусть — каждый изгиб пальцев, каждую мозоль на подушечках, каждую венку на запястье. в тот вечер он пришёл домой в двадцать три сорок восемь. пьяный. нет, не так. пьяный — это когда шатает. когда язык заплетается, и ты смеёшься над каждой ерундой. хёнджин был не пьяный. он был убитый. наглухо. в мясо.  три литра пива в баре с чанбином, потом ещё виски у стойки, потом ещё, и ещё, и ещё — пока бармен не сказал, что хватит, и чанбин не потащил его к выходу, приговаривая: «хёнджин, блядь, ты же знаешь, феликс ждёт».  знаю. конечно, знаю. феликс всегда ждёт. феликс всегда дома. феликс всегда этот образцовый парень, который не пьёт, не курит, не тр•хается — святой, бл•дь, человек. три года.  три д•лбаных года рядом с этим святым. три года, когда хёнджин сходил с ума, когда его буквально выворачивало от ж•лания, а феликс только улыбался, целовал в щёку и говорил: «не сейчас, хёнджин. потом. когда будем готовы».  когда будем готовы. хёнджин был готов с первого месяца. он был готов, чёрт возьми, ещё до того, как они начали встречаться — когда увидел феликса в столовой универа, с этим его дурацким рюкзаком с медвежонком и растрёпанными волосами, и подумал: «этот. хочу этого. вот этого — до дрожи, до потери пульса». он вставил ключ в замок с третьего раза. пальцы не слушались. в квартире горел свет. тёплый, жёлтый, из гостиной. хёнджин скинул кроссовки — одна улетела под вешалку, вторая осталась валяться на коврике — и прошёл внутрь, держась за стену.  феликс сидел на диване. в той самой дурацкой пижаме с облачками, которую хёнджин подарил ему на прошлый день рождения. перед ним на столике стояла кружка с остывшим чаем, и в ней плавал пакетик.  феликс смотрел не на него. в телевизор. по какому то каналу показывали каких-то копытных. хёнджин остановился в дверном проёме, покачиваясь. — хёнджин, — сказал феликс тихо. даже не обернулся. — ты опять. я просил. ты обещал. голос ровный. терпеливый. как у учителя, который уже устал объяснять одно и то же дебилу-ученику. хёнджин почувствовал, как в груди поднимается что-то горячее, вязкое, что-то, что он сам в себе ненавидел, но остановить не мог.  алк•голь смыл все тормоза. всё то, что он годами запихивал в дальний ящик — обиду, злость, унижение, это постоянное «нельзя, потом, не трогай» — всё это разом поднялось, ударило в голову. — обещал, — повторил хёнджин хрипло. язык ворочался во рту, как чужая тряпка. — а ты обещал? ты, бл•дь, обещал мне что-нибудь? хоть раз? феликс наконец повернул голову. посмотрел на него. в глазах — усталость. и что-то ещё. что-то похожее на страх, но задавленное, спрятанное глубоко. он поднялся с дивана. медленно. как будто перед ним был зверь, которого нельзя резко двигаться. — иди спать, хёнджин. утром поговорим. — нет. хёнджин шагнул вперёд. его качнуло. он схватил феликса за предплечье — резко, грубо, сильнее, чем собирался. феликс вздрогнул. попытался отступить, но за спиной был диван. ❕полностью только в тгк.❕
хван хёнджин никогда не умел п•ть. нет, то есть пить он умел — в смысле, держать в руке стакан, опрокидывать его в глотку, чувствовать, как спирт обжигает гортань и растекается по пищеводу горячей, тяжёлой волной. но пить так, чтобы забыться, чтобы стереть из головы все эти долбаные три года, которые они с феликсом то сходились, то разбегались, то снова сходились — вот этого он не умел. каждый глоток только отчётливее вырисовывал перед глазами лицо феликса. веснушки. родинка под глазом. уголки губ, которые тот поджимал, когда злился. и эти его руки, которые хёнджин знал наизусть — каждый изгиб пальцев, каждую мозоль на подушечках, каждую венку на запястье. в тот вечер он пришёл домой в двадцать три сорок восемь. пьяный. нет, не так. пьяный — это когда шатает. когда язык заплетается, и ты смеёшься над каждой ерундой. хёнджин был не пьяный. он был убитый. наглухо. в мясо. три литра пива в баре с чанбином, потом ещё виски у стойки, потом ещё, и ещё, и ещё — пока бармен не сказал, что хватит, и чанбин не потащил его к выходу, приговаривая: «хёнджин, блядь, ты же знаешь, феликс ждёт». знаю. конечно, знаю. феликс всегда ждёт. феликс всегда дома. феликс всегда этот образцовый парень, который не пьёт, не курит, не тр•хается — святой, бл•дь, человек. три года. три д•лбаных года рядом с этим святым. три года, когда хёнджин сходил с ума, когда его буквально выворачивало от ж•лания, а феликс только улыбался, целовал в щёку и говорил: «не сейчас, хёнджин. потом. когда будем готовы». когда будем готовы. хёнджин был готов с первого месяца. он был готов, чёрт возьми, ещё до того, как они начали встречаться — когда увидел феликса в столовой универа, с этим его дурацким рюкзаком с медвежонком и растрёпанными волосами, и подумал: «этот. хочу этого. вот этого — до дрожи, до потери пульса». он вставил ключ в замок с третьего раза. пальцы не слушались. в квартире горел свет. тёплый, жёлтый, из гостиной. хёнджин скинул кроссовки — одна улетела под вешалку, вторая осталась валяться на коврике — и прошёл внутрь, держась за стену. феликс сидел на диване. в той самой дурацкой пижаме с облачками, которую хёнджин подарил ему на прошлый день рождения. перед ним на столике стояла кружка с остывшим чаем, и в ней плавал пакетик. феликс смотрел не на него. в телевизор. по какому то каналу показывали каких-то копытных. хёнджин остановился в дверном проёме, покачиваясь. — хёнджин, — сказал феликс тихо. даже не обернулся. — ты опять. я просил. ты обещал. голос ровный. терпеливый. как у учителя, который уже устал объяснять одно и то же дебилу-ученику. хёнджин почувствовал, как в груди поднимается что-то горячее, вязкое, что-то, что он сам в себе ненавидел, но остановить не мог. алк•голь смыл все тормоза. всё то, что он годами запихивал в дальний ящик — обиду, злость, унижение, это постоянное «нельзя, потом, не трогай» — всё это разом поднялось, ударило в голову. — обещал, — повторил хёнджин хрипло. язык ворочался во рту, как чужая тряпка. — а ты обещал? ты, бл•дь, обещал мне что-нибудь? хоть раз? феликс наконец повернул голову. посмотрел на него. в глазах — усталость. и что-то ещё. что-то похожее на страх, но задавленное, спрятанное глубоко. он поднялся с дивана. медленно. как будто перед ним был зверь, которого нельзя резко двигаться. — иди спать, хёнджин. утром поговорим. — нет. хёнджин шагнул вперёд. его качнуло. он схватил феликса за предплечье — резко, грубо, сильнее, чем собирался. феликс вздрогнул. попытался отступить, но за спиной был диван. ❕полностью только в тгк.❕

About