1. Home
  2. Detail

@deeunlimited6: #PaidPartnership #SideHustleLIVE #LIVEIncentiveProgram

DeeUnlimited
DeeUnlimited
Open In TikTok:
Region: US
Tuesday 03 November 2026 11:40:23 GMT
2953
85
1
1

Music

Download

No Watermark .mp4 (26.55MB) No Watermark(HD) .mp4 (26.55MB) Watermark .mp4 (0MB) Music .mp3

Comments

pherry841
pherry :
🥰🥰🥰
2026-11-03 13:10:41
0
To see more videos from user @deeunlimited6, please go to the Tikwm homepage.

Other Videos

تشكيل كبير من فستان اسبلاش للتواصل خاص او من خلال الواتس #الامارات_العربية_المتحده🇦🇪 #مصر_السعوديه_العراق_فلسطين #دبي_امارات #ملابس #عجمان #العراق #موضه #الشعب_الصيني_ماله_حل😂😂
تشكيل كبير من فستان اسبلاش للتواصل خاص او من خلال الواتس #الامارات_العربية_المتحده🇦🇪 #مصر_السعوديه_العراق_فلسطين #دبي_امارات #ملابس #عجمان #العراق #موضه #الشعب_الصيني_ماله_حل😂😂


Secrets professionnels au tribunal 😂 Le juge n'en revient pas ! #animation #cartoon #humour #rire
Secrets professionnels au tribunal 😂 Le juge n'en revient pas ! #animation #cartoon #humour #rire
new yearss
new yearss
хван хёнджин никогда не умел п•ть. нет, то есть пить он умел — в смысле, держать в руке стакан, опрокидывать его в глотку, чувствовать, как спирт обжигает гортань и растекается по пищеводу горячей, тяжёлой волной. но пить так, чтобы забыться, чтобы стереть из головы все эти долбаные три года, которые они с феликсом то сходились, то разбегались, то снова сходились — вот этого он не умел. каждый глоток только отчётливее вырисовывал перед глазами лицо феликса. веснушки. родинка под глазом. уголки губ, которые тот поджимал, когда злился. и эти его руки, которые хёнджин знал наизусть — каждый изгиб пальцев, каждую мозоль на подушечках, каждую венку на запястье. в тот вечер он пришёл домой в двадцать три сорок восемь. пьяный. нет, не так. пьяный — это когда шатает. когда язык заплетается, и ты смеёшься над каждой ерундой. хёнджин был не пьяный. он был убитый. наглухо. в мясо. три литра пива в баре с чанбином, потом ещё виски у стойки, потом ещё, и ещё, и ещё — пока бармен не сказал, что хватит, и чанбин не потащил его к выходу, приговаривая: «хёнджин, блядь, ты же знаешь, феликс ждёт». знаю. конечно, знаю. феликс всегда ждёт. феликс всегда дома. феликс всегда этот образцовый парень, который не пьёт, не курит, не тр•хается — святой, бл•дь, человек. три года. три д•лбаных года рядом с этим святым. три года, когда хёнджин сходил с ума, когда его буквально выворачивало от ж•лания, а феликс только улыбался, целовал в щёку и говорил: «не сейчас, хёнджин. потом. когда будем готовы». когда будем готовы. хёнджин был готов с первого месяца. он был готов, чёрт возьми, ещё до того, как они начали встречаться — когда увидел феликса в столовой универа, с этим его дурацким рюкзаком с медвежонком и растрёпанными волосами, и подумал: «этот. хочу этого. вот этого — до дрожи, до потери пульса». он вставил ключ в замок с третьего раза. пальцы не слушались. в квартире горел свет. тёплый, жёлтый, из гостиной. хёнджин скинул кроссовки — одна улетела под вешалку, вторая осталась валяться на коврике — и прошёл внутрь, держась за стену. феликс сидел на диване. в той самой дурацкой пижаме с облачками, которую хёнджин подарил ему на прошлый день рождения. перед ним на столике стояла кружка с остывшим чаем, и в ней плавал пакетик. феликс смотрел не на него. в телевизор. по какому то каналу показывали каких-то копытных. хёнджин остановился в дверном проёме, покачиваясь. — хёнджин, — сказал феликс тихо. даже не обернулся. — ты опять. я просил. ты обещал. голос ровный. терпеливый. как у учителя, который уже устал объяснять одно и то же дебилу-ученику. хёнджин почувствовал, как в груди поднимается что-то горячее, вязкое, что-то, что он сам в себе ненавидел, но остановить не мог. алк•голь смыл все тормоза. всё то, что он годами запихивал в дальний ящик — обиду, злость, унижение, это постоянное «нельзя, потом, не трогай» — всё это разом поднялось, ударило в голову. — обещал, — повторил хёнджин хрипло. язык ворочался во рту, как чужая тряпка. — а ты обещал? ты, бл•дь, обещал мне что-нибудь? хоть раз? феликс наконец повернул голову. посмотрел на него. в глазах — усталость. и что-то ещё. что-то похожее на страх, но задавленное, спрятанное глубоко. он поднялся с дивана. медленно. как будто перед ним был зверь, которого нельзя резко двигаться. — иди спать, хёнджин. утром поговорим. — нет. хёнджин шагнул вперёд. его качнуло. он схватил феликса за предплечье — резко, грубо, сильнее, чем собирался. феликс вздрогнул. попытался отступить, но за спиной был диван. ❕полностью только в тгк.❕
хван хёнджин никогда не умел п•ть. нет, то есть пить он умел — в смысле, держать в руке стакан, опрокидывать его в глотку, чувствовать, как спирт обжигает гортань и растекается по пищеводу горячей, тяжёлой волной. но пить так, чтобы забыться, чтобы стереть из головы все эти долбаные три года, которые они с феликсом то сходились, то разбегались, то снова сходились — вот этого он не умел. каждый глоток только отчётливее вырисовывал перед глазами лицо феликса. веснушки. родинка под глазом. уголки губ, которые тот поджимал, когда злился. и эти его руки, которые хёнджин знал наизусть — каждый изгиб пальцев, каждую мозоль на подушечках, каждую венку на запястье. в тот вечер он пришёл домой в двадцать три сорок восемь. пьяный. нет, не так. пьяный — это когда шатает. когда язык заплетается, и ты смеёшься над каждой ерундой. хёнджин был не пьяный. он был убитый. наглухо. в мясо. три литра пива в баре с чанбином, потом ещё виски у стойки, потом ещё, и ещё, и ещё — пока бармен не сказал, что хватит, и чанбин не потащил его к выходу, приговаривая: «хёнджин, блядь, ты же знаешь, феликс ждёт». знаю. конечно, знаю. феликс всегда ждёт. феликс всегда дома. феликс всегда этот образцовый парень, который не пьёт, не курит, не тр•хается — святой, бл•дь, человек. три года. три д•лбаных года рядом с этим святым. три года, когда хёнджин сходил с ума, когда его буквально выворачивало от ж•лания, а феликс только улыбался, целовал в щёку и говорил: «не сейчас, хёнджин. потом. когда будем готовы». когда будем готовы. хёнджин был готов с первого месяца. он был готов, чёрт возьми, ещё до того, как они начали встречаться — когда увидел феликса в столовой универа, с этим его дурацким рюкзаком с медвежонком и растрёпанными волосами, и подумал: «этот. хочу этого. вот этого — до дрожи, до потери пульса». он вставил ключ в замок с третьего раза. пальцы не слушались. в квартире горел свет. тёплый, жёлтый, из гостиной. хёнджин скинул кроссовки — одна улетела под вешалку, вторая осталась валяться на коврике — и прошёл внутрь, держась за стену. феликс сидел на диване. в той самой дурацкой пижаме с облачками, которую хёнджин подарил ему на прошлый день рождения. перед ним на столике стояла кружка с остывшим чаем, и в ней плавал пакетик. феликс смотрел не на него. в телевизор. по какому то каналу показывали каких-то копытных. хёнджин остановился в дверном проёме, покачиваясь. — хёнджин, — сказал феликс тихо. даже не обернулся. — ты опять. я просил. ты обещал. голос ровный. терпеливый. как у учителя, который уже устал объяснять одно и то же дебилу-ученику. хёнджин почувствовал, как в груди поднимается что-то горячее, вязкое, что-то, что он сам в себе ненавидел, но остановить не мог. алк•голь смыл все тормоза. всё то, что он годами запихивал в дальний ящик — обиду, злость, унижение, это постоянное «нельзя, потом, не трогай» — всё это разом поднялось, ударило в голову. — обещал, — повторил хёнджин хрипло. язык ворочался во рту, как чужая тряпка. — а ты обещал? ты, бл•дь, обещал мне что-нибудь? хоть раз? феликс наконец повернул голову. посмотрел на него. в глазах — усталость. и что-то ещё. что-то похожее на страх, но задавленное, спрятанное глубоко. он поднялся с дивана. медленно. как будто перед ним был зверь, которого нельзя резко двигаться. — иди спать, хёнджин. утром поговорим. — нет. хёнджин шагнул вперёд. его качнуло. он схватил феликса за предплечье — резко, грубо, сильнее, чем собирался. феликс вздрогнул. попытался отступить, но за спиной был диван. ❕полностью только в тгк.❕
#carsoftiktok #carcleaning #washing #washingcar #carwashing
#carsoftiktok #carcleaning #washing #washingcar #carwashing

About

Legal